Mikka (mikka) wrote,
Mikka
mikka

Гималаи. III. Инфернальное Катманду.

По причине задержки рейса рассвело задолго до окончания полёта. Проснулся я над Индией примерно на подлёте к Дели. Сама Индия сверху не произвела никакого впечатления: плоский пейзаж с огромным количеством полей. Стало интересней, когда на севере показалась цепочка гор, выросшая за полчаса до неимоверных размеров: с высоты полёта горы обычно выглядят не очень величественно – они, конечно, отличаются от равнинных мест, но высоту их ощутить сложно – в нашем же случае ситуация была иной. Горы поднимались почти до нашей высоты, поражая своей грандиозностью. Хорошо был виден массив Анапурны. При этом основания горного массива терялись в сизой дымке.

Вскоре мы начали снижаться. Сделав несколько хитрых разворотов, так что я уже перестал понимать, в какую стороны мы летим, самолёт вышел на глиссаду единственного аэропорта в Непале, способного принимать более чем 30-местные самолёты. Так как долина Катманду находится в замкнутой котловине, мы летели над невысокими хребтам, исчерченными полями, деревушками и дорожными серпантинами. Вскоре показались дома, необычные на наш взгляд: площадь построек была небольшая, а вот число этажей варьировалось от 3 до 7 – у нас с такими пропорциями бывают только небоскрёбы. Смотрелось это весьма трущобно, и измученный недосыпом мозг посетила мысль: «Куда мы попали?!», затем дополненная ужасом: «А нам тут аж до 10 мая торчать». Возникло паническое желание убраться как можно скорее, желательно прямо сейчас. Незлым тихим словом был помянут и polar_bee, заманивший нас на эти галеры своими восторженным отчётами.


Аэропорт Трибхуван тоже не добавил позитива – выглядел он как большой сарай, а после великолепного аэропорта Ататюрк в Стамбуле особенно уныло. Осознание, что вот тебе наглядный пример, что значит «страна третьего мира», накрыло с головой, увеличивая внутреннюю панику.

На улице было около +20, что даже после Стамбула казалось жарой. Висела хмарь, видимость была первые километры.

В коридоре, по которому мы шли в здание, попался пустующий стол с надписью «Если вы посещали Африку в течение последних двух недель, просьба остановиться здесь». Дальше висели приветствия на разных языках, включая русский, что было неожиданно.

Пройдя коридор мы вышли в зал пограничного контроля, где оплатили по 100 долларов за 90-дневные визы и направились получать их на малопопулярной стойке – большинство толпилось у пограничников, выдававших визы на 15 и 30 дней. Никаких бумажек заполнять нам не пришлось: запрос на визу был отправлен мной заранее через Интернет (подобный вариант появился чуть больше года назад). Мы отдали паспорта, квитанции об оплате визового сбора, и стали ждать. Через некоторое время пограничник начал требовать что-то ещё, но понять его я не мог. Здесь мы впервые столкнулись с особенностью непальских государственных работников: вместо того, чтобы попытаться перефразировать свою просьбу, он талдычил одно и тоже: ‘Give me bla-bla-bla’. К счастью, Катя, сообразив, что больше у нас особо ничего нет, протянула ему посадочные талоны на самолёт. На удивление их он и требовал. Зачем они ему понадобились – не приложу ума, кроме варианта, а не перелезли ли мы незаконно через забор, больше идей не приходило. На этом развлекуха не закончилась: пограничник что-то явно потерял и полез с нашими паспортами лазить под стойкой, за ней, потом уже собрался вообще уйти восвояси, пока не нашёл потерю. Что именно это было, мы не поняли, но, видно, что-то важное – найдя это нечто, он наконец-то вклеил нам визы, и мы пошли получать багаж.

Место получения багажа было ещё более унылым, чем предыдущая часть аэропорта. Номер нашего рейса висел над одной лентой. Прошло минут десять, табло потухло, а багажа так и не появилось. Затем на соседней ленте, где уже получали багаж пассажиры другой компании, дополнительно появилась надпись TK0726, и мы перетекли туда. После того как в Мурманск я прилетел один, без рюкзака, оставленном доблестными работниками Шереметьево/Нордавиа в Москве, к процедуре выдачи багажа я отношусь особенно трепетно. Но, к счастью, оба наших рюкзака со значительным интервалом таки появились на ленте. Так как они были замотаны плёнкой, надеть их возможности не было, так что мы их просто потащили к таможенному контролю. Меня насторожил странный стук, сопровождавший мой рюкзак. Осмотрев его, я обнаружил, что старая двухсекционная палка продавила дыру в его днище, и теперь за всё цепляется. Это обстоятельство ничуть не улучшило моё мрачное состояние духа. С трудом содрав плёнку, я вытащил палки, примотав их сбоку.

За таможенным контролем мы поменяли сто долларов. Сам курс там был вроде бы и не сильно хуже, чем потом в городе, но на него накладывалась комиссия, тырившая дополнительных 2%.

И вот мы на улице. На нас нахлынули многочисленные таксисты, которых в Катманду, к счастью, не пускают в аэропорт. А за небольшой дорожкой стояло множество людей с табличками. Нам повезло, и хозяин нашей гостиницы, несмотря на задержку рейса, встречал нас. Увидев его, я с такой радостью бросился вперёд, что чуть не попал под машину, спасибо Кате, придержавшей меня.

По пути к машине оказалось, что встречает нас не один хозяин, а с помощником. Тот помог загрузить вещи в багажник, закрыл его, затем подёргал ручку двери салона, оказавшейся закрытой. Тут я немного насторожился. Катя насторожилась ещё больше, когда он сказал “Tips”. Всё стало ясно, когда встречавший нас сказал тихо, но внятно: «Ничего не говори, и никак не реагируй». Тут до меня дошло, что к нам подошёл вообще какой-то левый, пытающийся таким образом подзаработать. Пот прошиб меня, когда я понял, что какое-то время он держал в руках наш рюкзачок с деньгами/документами/техникой. Задним числом сразу вспомнил, что я даже читал про подобных «помощников». Потом обсуждали, что у нас, если какой-то левый крендель начнёт перехватывать пассажиров, вполне может получить от таксиста в бубен.

Поняв, что от нас ничего не добьётся, псевдопомощник попытался чего-то вытребовать от хозяина гостиницы, но, судя по всему, был вежливо послан.

Дорога в Stupa guest house, расположенном в туристическом районе Тамель, была в точности как неоднократно читанное описание Катманду: левостороннее движение, при этом все постоянно сигналят. Сигналят просто, чтобы показать своё присутствие на дороге. При этом, несмотря на кажущийся трындец на дорогах, за всё время мы не видели ни одного ДТП. В худшем случае однажды мотоцикл колесом уткнулся в женщину, но он двигался на малой скорости, так что она даже не пошатнулась.

По пути нам что-то рассказывали, но единственное, что я запомнил, так это забор бывшего королевского дворца. Когда мы въехали в узкие улочки Тамеля, оказалось, что самого треша мы ещё и не видели: дома поставлены так плотно, что разъехаться могут только две легковушки, тротуары отсутствуют, всюду толпы народа.

После всего увиденного мы уже с опасением ждали, какой же будет гостиница с номером за 11 долларов. Но там мы хоть немного расслабились: внутри было относительно прохладно, чисто и тихо. Бизнес у них семейный – там же работал менеджером его брат, а на стойке стояла дочь. В маленьком ресторанчике обитал любимец семьи – упитанный мопс.

Комната была самых нужных размеров – не маленькая, и не большая. Душ, туалет на этаже. При этом в душе постоянно горячая вода, благодаря проточным газовым нагревателям. Как мы потом узнали, подобное не часто встречается и в дорогих гостиницах, где распространена подача горячей воды по часам. Кстати, электричество там тоже не постоянно: по городу регулярные веерные отключения, потому почти везде есть лампы на аккумуляторах, а вот зарядить телефон/фотоаппарат надо успевать.

С хозяином гостиницы мы предварительно договаривались, что он поможет нам купить билеты, оформить необходимые бумаги и прочее. Он спросил, хотим ли мы по причине задержки рейса ехать послезавтра или всё-таки сразу на следующий день. Мы без всяких сомнений ответили, что только завтра: Катманду произвело на нас такое впечатление, что хотелось вырваться оттуда. В принципе, прилети самолёт вовремя, большую часть дел мы могли бы сделать и сами, но времени разбираться в хитросплетениях улочек у нас не было, и мы отправились в забег по улочкам Тамеля.

Сначала мы оформили TIMS. Это такие бумажки, без которых иностранцам запрещено ходить в трек. Расшифровывается как «Система управления информацией от трекерах». Формально она сделана, чтобы, в случае если ты потеряешься, знать, где тебя искать, но реально скорее для дополнительного обирания туристов: стоит каждый TIMS 20 долларов. А каким образом, и насколько регулярно тебя отмечают на чекпостах, мы имели возможность увидеть позднее. К примеру, перед Намче тебя записывают аж три раза на протяжении менее чем десяти километров. А выше только один чекпост, после чего с высот более 3600 метров ты ходишь как вольный ветер на огромной территории. К тому же записи в основном ведутся в общие тетради, так что об оперативном поиске речи не идёт. Зато потом тропы увешены объявлениями со снимками потерявшихся туристов: при оформлении TIMS’а у тебя берут одну из фотографий.

Вернёмся к нашему оформлению: заполнив длинную анкету, я начал искать, куда же положил заранее сделанные ещё в Иркутске фотографии. В это время работник центра выдачи TIMS с интересом наблюдал за моими поисками, размешивая при этом что-то в кружке, интенсивно бренча. Как мы потом обсудили с Катей, хотелось его стукнуть этой кружкой. Пять минут поисков ничего не дали, и я грустно спросил у нашего хозяина, где здесь можно сделать фотографии, после чего мы побежали в фотоателье. В этот момент от всех перипетий у меня пошла кровь носом, так что фотографировался я, пытаясь добиться хотя бы отсутствия крови на лице. Снимки обещали делать минут двадцать, в промежутке нам устроили небольшую экскурсию по Тамелю, из которой нам не запомнилось ничего. Но время было потрачено не совсем впустую – мы поменяли доллары на рупии по нормальному курсу (98 рупий за доллар). Наш хозяин убеждал нас, что нет смысла менять больше тысячи долларов: «Непал – дешёвая страна, вам хватит такой суммы на месяц с лихвой». Я же, начитавшись о ценах в районе Эвереста, знал, что там на двоих вполне может и по 50 баксов в день уходить, плюс оттуда мы собирались лететь самолётом, да и вообще нам же целых полтора месяца тут быть, потому поменял три тысячи. В итоге неправы оказались оба – я – тактически, а он - стратегически: поменянной тысячи нам бы на трек не хватило, но с другой стороны из-за экстренного отлёта, у нас осталось 46 тысяч непальских фантиков, примерно эквивалентных 460 долларам. Ещё приобрели два газовых баллона, чтобы кипятить на маршруте воду, а не покупать (если в Катманду бутылка питьевой воды стоила 20-40 рупий, то наверху доходила до 400 за литр) ¬– горелка у нас была.

Забрав фотографии, мы вернулись дооформить TIMS’ы, после чего я сообщил, что нам ещё нужно сделать пермиты в Sagarnatha national park. Вроде бы по слухам, тем, у кого в нацпарк пропуск сделан заранее, пятикилометровый участок Gaurishinkap conservation area позволялось пройти бесплатно. В чём разница между парками и охраняемыми территориями с точки зрения законодательства Непала я так и не смог понять, для нас основное различие оказалась в том, что с 15 марта на плату за посещение парков ввели дополнительный налог 13%, а на посещение охраняемых территорий ¬– нет, кроме того на пермит в нацпарк фотографию не надо, а в охраняемую территорию – надо. Наш хозяин подозревал, что офис, где выдают пермиты, закрывается рано, потому сказал, что идти надо быстро. И мы пошли быстро, точнее почти побежали. Оглядывался он редко, но то, что мы не отстаём, вызвало у него сначала удивление, а затем и уважение. По дороге мы как-то странно пробежали по улице, сделав на небольшой площади чуть ли не полный круг – оказалось мы обходили небольшую ступу правильно – по часовой стрелке. Это объясняло, почему в Непале левостороннее движение – в противном случае невозможно было бы выполнять религиозные предписания – машины с мотоциклами ехали бы против часовой стрелки. В ходе забега, мы покинули скученный Тамель, оказавшись на нормальных улицах с тротуарами и надземными пешеходными переходами. К сожалению, пермиты в Сагарматху выдают только до двух часов дня (хороший такой рабочий день), на часах было почти три, потому пришлось, раз уж добежали, выписывать разрешения в Gaurishinkap conservation area, обошедшиеся нам по 20 долларов с человека.

После этого мы уже более спокойно пошли купить билеты на автобус. Вот здесь нам максимально необходима была помощь: кассир не знает английского, надписи на билетах только на непальском, а автобусов существует две разновидности: просто local bus и некий «экспресс». Экспресс по словам хозяина стоит всего на сто рупий больше, а идёт на час быстрее, так что мы, конечно, выбрали именно его. Два билета обошлись нам примерно в 1700 рупий.

После этого можно было уже спокойно вернуться в гостиницу и расслабиться. Мы съели местных пельмешек (момо) с мясом и курицей, выпили чая, помылись и завалились спать, когда на часах не было ещё и пяти вечера.

Суммарно за помощь мы отдали хозяину гостиницы 2600 рупий: 1000 за встречу в аэропорту, 1000 за забег по Тамелю и окрестностям и ещё 600 рупий за доставку нас на автостанцию на следующее утро на машине. С одной стороны, вроде и немало, с другой, он потратил на нас практически весь день с учётом ожидания опоздавшего самолёта. Да и вообще он произвёл на нас позитивное впечатление – он выглядел заметно умнее и воспитанней большинства непальцев.

Как бы то ни было, длинный день, тянувшийся для нас полтора суток, завершился, и хоть я и просыпался несколько раз в ужасе, что что-нибудь помешает нам добраться до гор (самый ожидаемый вариант, что нас забудут увезти на автостанцию, и автобус уйдёт без нас), в целом напряжение спало, и было чувство, что мы прорвались через кошмар Катманду.

P.S. Наглядным подтверждением, что этот день дался нам тяжело – отсутствие каких-бы то ни было фотографий – снимать вообще ничего не хотелось.


Содержание
Tags: Гималаи, Непал
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments